Судья: Богатырева З.А. Дело№22-138/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нальчик 20 февраля 2026 года

Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики

в составе:

председательствующего – судьи Атакуева Р.С.,

при секретаре судебного заседания- Мурзакановой А.М.,

с участием: прокурора – Геляховой К.А.,

оправданной - Ципиновой Д.М.,

защитников: адвокатов Натанова С.Э., Гаспаряна Н.С., Тарханова Р.Ю., Чуденцевой О.А. и Кубанова Р.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя- старшего прокурора отдела управления Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Хандогия Д.А. на приговор Урванского районного суда КБР от 1 декабря 2025 года, которым

Ципинова Диана Мусовна, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в <адрес> КБАССР, гражданка РФ, с высшим образованием, незамужняя, ранее не судимая, невоеннообязанная, работающая адвокатом Адвокатской Палаты КБР, зарегистрированная и проживающая по адресу: КБР, <адрес>,

оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ на основании п. 3 ст. 302 УПК РФ- за отсутствием в деянии состава преступления, с правом на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ.

Мера пресечения- подписка о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Решена судьба вещественных доказательств.

Арест, наложенный на имущество оправданной (автомобиль и денежные средства на банковском счете)- отменен.

Заслушав доклад судьи Атакуева Р.С., мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

Органом предварительного расследования адвокат Ципинова Д.М. обвинялась в том, что она 21 мая 2020 года примерно в 00 часов 20 минут вместе с адвокатами Маговой Н.Х. и Кочесоковой Л.Г., которых 20 мая 2020 года примерно в 22 часа 30 минут не допустили в здание ОМВД РФ по Урванскому району КБР для защиты интересов адвоката Жилокова Р.М., личность которого на тот момент не была установлена, доставленного в данный отдел полиции ранее в связи с невыполнением законных требований сотрудников полиции и применением физического насилия в отношении представителя власти - заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району - ответственного от руководящего состава Потерпевший №1, прибыла к зданию ОМВД РФ по Урванскому району КБР, и они вместе прошли в досмотровую отгороженную часть холла 1 этажа, где стали требовать от сотрудников полиции пропустить на территорию ОМВД РФ по Урванскому району, поясняя, что они являются адвокатами и им не может быть ограничен доступ в административное здание полиции.

В досмотровую огороженную часть 1 этажа здания ОМВД РФ по Урванскому району к Ципиновой Д.М., Маговой Н.Х. и Кочесоковой Л.Г. вышел начальник ОМВД РФ по Урванскому району Шогенов Р.Б., который представился и, действуя в соответствии с п. 5.1 Инструкции о пропускном режиме в административное здание ОМВД РФ по Урванскому району, утвержденной приказом N 65 начальника ОМВД РФ по Урванскому району Свидетель №1 11.02.2019 года, согласно которому пропуск на территорию ОМВД РФ по Урванскому району осуществляется по предъявлению служебного удостоверения, остальных лиц - с разрешения начальника, пояснил, что их в здание никто не пропускает, попросил их выйти из здания на улицу, после чего Свидетель №1 вернулся в холл 1 этажа здания, при этом решетчатая дверь в досмотровую отгороженную часть в холле 1 этажа осталась открытой.

Магова Н.Х., Кочесокова Л.Г. и Ципинова Д.М., игнорируя отказ начальника ОМВД РФ по Урванскому району Свидетель №1 в их пропуске, требовали пропустить их и попытались проникнуть в холл здания 1 этажа. Увидев происходящее, начальник ОМВД РФ по Урванскому району Свидетель №1, заместитель начальника полиции (по охране общественного порядка) - ответственный от руководства Потерпевший №1, начальник следственного отдела Свидетель №2 и ИДПС ОГИБДД ОМВД РФ по Урванскому району Свидетель №7, действуя в соответствии со ст. ст. 19, 20, 21 Федерального закона от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции", согласно которым сотрудник полиции имеет право не предупреждать о своем намерении применить физическую силу, специальные средства или огнестрельное оружие, если промедление в их применении создает непосредственную угрозу жизни и здоровью гражданина или сотрудника полиции, либо может повлечь иные тяжкие последствия; а также сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, для пресечения преступлений и административных правонарушений, а также для защиты охраняемых объектов, вытолкали адвокатов Ципинову Д.М., Магову Н.Х. и Кочесокову Л.Г. с территории здания на площадку, расположенную перед входом в здание ОМВД РФ по Урванскому району.

После этого, 21 мая 2020 года в период с 00 часов 20 минут до 00 часов 40 минут адвокат Ципинова Д.М., находясь на площадке перед входом в здание ОМВД РФ по Урванскому району, отталкивая сотрудников полиции, попыталась снова проникнуть в здание ОМВД РФ по Урванскому району, хватая сотрудников полиции руками и отталкивая их в стороны, при этом на предупреждения начальника ОМВД по Урванскому району Свидетель №1, заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району Потерпевший №1 и иных сотрудников полиции, находившихся перед входом в здание ОМВД РФ по Урванскому району о том, что внутрь здания ее не пропустят, она находится возле здания ОМВД РФ по Урванскому району и ее противоправное поведение фиксируется на камеры видеонаблюдения, не реагировала.

Заместитель начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району майор полиции Потерпевший №1, назначенный на эту должность приказом МВД по КБР N 329 л/с от 06.08.2018 года, в соответствии с расстановкой наряда личного состава ОМВД РФ по Урванскому району полковником полиции Свидетель №1, заступивший на суточное дежурство в качестве ответственного от руководящего состава ОМВД РФ по Урванскому району, находившийся в форменном обмундировании сотрудника полиции, в соответствии с требованиями ст. 19 ФЗ "О полиции", согласно которой сотрудник полиции перед применением физической силы обязан сообщить лицам, в отношении которых предполагается применение физической силы, о том, что он является сотрудником полиции, предупредить их о своем намерении и предоставить им возможность и время для выполнения законных требований сотрудника полиции, видя агрессивное поведение Ципиновой Д.М., с целью предотвращения возможного применения физического насилия с ее стороны в отношении начальника отдела Свидетель №1, находившегося возле входа в здание ОМВД РФ по Урванскому району и иных сотрудников полиции, препятствовавших ее проникновению в здание ОМВД РФ по Урванскому району, подошел к последней сзади, взял Ципинову Д.М. руками за правое плечо и левое предплечье, не прижимая к себе, и потребовал от нее успокоиться, перестать толкать сотрудников полиции, хватать их за одежду, предупредил о том, что он сам является сотрудником полиции и в случае совершения противоправных действий в отношении сотрудников полиции в виде применения к ним физической силы, к ней также может быть применена физическая сила.

Несмотря на предупреждение Потерпевший №1, Ципинова Д.М., находясь у здания ОМВД РФ по Урванскому району, расположенного по <адрес> в <адрес> КБР, в период с 00 часов 20 минут до 00 часов 40 минут, действуя с прямым умыслом, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Потерпевший №1, в связи с удержанием ее Потерпевший №1 за правое плечо и левое предплечье, осознавая, что заместитель начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району - ответственный от руководящего состава майор полиции Потерпевший №1 является представителем власти, то есть должностным лицом правоохранительного органа, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, действует на законных основаниях в соответствии с требованиями ФЗ "О полиции", а также осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде нарушения нормальной служебной деятельности заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району - ответственного от руководящего состава майора полиции Потерпевший №1, с целью применения к нему насилия и воспрепятствования исполнению должностных обязанностей по обеспечению общественного правопорядка, выявлению, предупреждению и пресечению административных и иных правонарушений и заставить его прекратить свою законную служебную деятельность сотрудника полиции, вырвалась из захвата Потерпевший №1, после чего, развернувшись, нанесла кулаком левой руки удар в область правого угла нижней челюсти, причинив ушиб мягких тканей правого угла нижней челюсти, затем руками толкала и хватала Потерпевший №1 за верхние конечности, причинив последнему 4 ссадины передней поверхности средней трети левого предплечья, 2 ссадины задней поверхности левого лучепястного сустава, ссадину тыльной поверхности левой кисти, 2 ссадины задней поверхности левого предплечья, ссадину задней поверхности средней трети левого предплечья, ссадину передней поверхности нижней трети левого плеча, ссадину внутренней поверхности нижней трети правого плеча, после этого, находясь перед Потерпевший №1 лицом к лицу, схватив последнего руками за одежду в области плеч, левой ногой нанесла удар во внутреннюю область правого бедра последнего, причинив физическую боль, но не причинив в указанной области телесных повреждений. Все описанные телесные повреждения, согласно медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, как в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой расстройства здоровья или стойкой утраты общей трудоспособности.

Действия Ципиновой Д.М. квалифицированы органом предварительного следствия и государственным обвинителем по ч. 1 ст. 318 УК РФ по признакам: применение насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Приговором Урванского районного суда КБР от 1 декабря 2025 года Ципинова Д.М. оправдана по предъявленному обвинению на основании п. 3 ст. 302 УПК РФ- за отсутствием в деянии состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Хандогий Д.А. полагает, что постановленный приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым, поскольку выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании при исследовании всех представленных доказательств, суд неправильно применил уголовный закон и грубо нарушил уголовно-процессуальный закон, что повлияло на исход дела.

Утверждает, что обжалуемый приговор не соответствует требованиям статей 88, 297, 307, 401.16 УПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 19 «О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01 июня 2023 года № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации».

Отмечает, что суд кассационной инстанции указал, что при рассмотрении дела надлежало: установить наличие либо отсутствие оснований у сотрудников полиции для применения физической силы к Ципиновой Д.М. при пресечении ее попыток преодолеть пропускной режим и проникнуть внутрь здания МВД; дать правовую оценку действиям Ципиновой Д.М. именно как противодействию законным служебным действиям представителей власти; учесть совокупность признаков, свидетельствующих о статусе потерпевшего как представителя власти (должность, нахождение при исполнении, форменная одежда, вооружение, выполняемые функции) при решении вопроса о субъективной стороне состава преступления; избежать подмены правовой оценки поведения сотрудников полиции выводами специалистов-психологов, которые не могут решать правовые вопросы.

Однако при постановлении приговора от 01 декабря 2025 года суд первой инстанции вопреки вышеуказанным требованиям повторил все ранее допущенные нарушения: вновь отдал явное предпочтение показаниям оправданной и ее коллег, подменил правовую оценку действий Ципиновой выводами специалистов-психологов, некорректно интерпретировавших поведение участников конфликта без учёта всех материалов дела, исключил квалификацию действий Ципиновой Д.М. по ч.1 ст. 318 УК РФ.

Указывает, что суд отверг доказательства, представленные обвинением, относительно законности действий сотрудников полиции. Суд пришел к выводу, что действия начальника отдела Шогенова Р.Б., заместителя начальника полиции Потерпевший №1 и других сотрудников по не допуску адвокатов в здание отдела были незаконными, и что Ципинова Д.М. имела право действовать в соответствии с законом об адвокатуре.

Однако суд не учел, что согласно показаниям Свидетель №1, Потерпевший №1, Свидетель №2, Свидетель №7 и других сотрудников полиции, порядок пропуска в помещение ОМВД по Урванскому району был регламентирован Инструкцией о пропускном режиме в административное здание отдела МВД России по Урванскому района, утвержденной приказом начальника отдела № 65 от 11.02.2019, согласно которой пропуск на территорию отдела осуществляется по предъявлению служебного удостоверения сотрудниками и с разрешения начальника для остальных лиц, с учетом требований режима безопасности и соблюдения санитарно-эпидемиологических норм, установленных Указом Главы КБР № 19-УГ от 18.03.2020 о введении режима повышенной готовности в связи с новой коронавирусной инфекцией.

Суд необоснованно не подверг критическому анализу показания Ципиновой Д.М. и ее коллег-адвокатов, которые являлись участниками конфликта и заинтересованы в его исходе в пользу оправданной.

Также он не принял во внимание, что охрана здания МВД и обеспечение пропускного режима являлась законной служебной деятельностью потерпевшего, соответствующей нормам ст. ст. 19, 20 Федерального закона «О полиции», а применение физической силы им и другими сотрудниками полиции при пресечении попыток Ципиновой Д.М. преодолеть установленные ограничения имело законное основание.

Пятый кассационный суд общей юрисдикции указал, что суду надлежало установить наличие оснований у сотрудников полиции для применения физической силы и дать правовую оценку действиям Ципиновой Д.М. как противодействию законным служебным действиям. Вопреки этому при новом рассмотрении дела суд вновь исходит из презумпции незаконности действий сотрудников полиции, подменив анализ нормативных актов и показаний работников органов внутренних дел ссылками на субъективные оценки Закона «Об адвокатской деятельности», фактически ставя под сомнение правомерность применения норм Федерального закона «О полиции» в части обеспечения пропускного и внутри объектового режима.

Суд в приговоре приходит к выводу, что сотрудники полиции действовали незаконно, так как не предупредили Ципинову Д.М. и ее коллег о возможном применении физической силы и не предоставили им достаточно времени, чтобы добровольно покинуть здание отдела полиции.

Этот вывод суда противоречит материалам уголовного дела и показаниям, исследованным в судебном заседании. Согласно показаниям Свидетель №1, Потерпевший №1, Свидетель №2, Свидетель №7 и видеозаписям, когда Ципинова Д.М., Магова Н.Х. и Кочесокова Л.Г. игнорировали требование начальника отдела Свидетель №1 о выходе из здания и попытались преодолеть решетчатую дверь, ведущую в холл 1 этажа, к ним подошел Потерпевший №1, который также разъяснил им невозможность входа в здание, потребовал прекратить противоправное поведение.

Согласно видеозаписи данных событий разъяснения и предупреждения сотрудники полиции производили в течение нескольких минут, что позволяло Ципиновой, которая понимала требования сотрудников полиции, добровольно покинуть здание

Только после того, как Ципинова Д.М. и другие адвокаты, несмотря на неоднократные разъяснения, требования и предупреждения, продолжили попытки проникнуть в помещение отдела полиции, сотрудниками полиции было применено физическое воздействие для выдворения их из здания.

Таким образом, требования ст. 19 Федерального закона «О полиции» о необходимости предупреждения и предоставления возможности добровольного подчинения были надлежащим образом выполнены сотрудниками полиции в полном объеме.

Суд указывает, что Ципинова Д.М. не представляла опасности для сотрудников полиции и применение физической силы к ней было избыточным и нарушало требования Закона «О полиции».

Данный вывод суда автор представления полагает, противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам и материалам уголовного дела.

Так, на видеозаписях, исследованных в судебном заседании, запечатлено противоправное поведение Ципиновой Д.М., выразившееся в том, что после первого выдворения из здания она неоднократно проявляла физическую агрессию. Поэтому применение сотрудниками полиции физической силы было необходимо и пропорционально для пресечения такого поведения.

По мнению суда Ципинова Д.М. не подчинялась требованиям сотрудников полиции, которые необоснованно препятствовали ей в возвращении в здание ОМВД, так как пыталась забрать оставленный там свой мобильный телефон. Таким образом она защищала своё право собственности на указанный предмет, а потому имела права игнорировать требования сотрудников полиции.

Утверждает, что данный вывод суда является необоснованным.

Отмечает, что Ципинова Д.М., являясь профессиональным юристом, не могла не понимать, что надлежащий способом восстановления своего права в данном случае являлось обращение к руководству отдела полиции, вышестоящему руководству МВД по КБР, в надзорные органы или суд, но не попытка силой, вопреки требованиям представителя власти, запретившим ей находиться в здании отдела полиции, вернуться туда для того, чтобы забрать телефон.

Суд неправомерно оценил действия Ципиновой Д.М. по попытке возврата телефона силовым способом как законные, игнорируя при этом, что любое лицо правомочно защищать свои права исключительно законными средствами, а не путём противоправного поведения и воспрепятствования деятельности органов внутренних дел.

Суд в приговоре указывает, что действия Потерпевший №1 и других сотрудников полиции не соответствуют требованиям ст. 19 Федерального закона «О полиции», так как они якобы не представились адвокатам надлежащим образом.

Этот вывод противоречит показаниям Свидетель №1, не опровергнутым судом, согласно которым, он представился Ципиновой Д.М. и другим адвокатам при встрече с ними.

Также противоречит исследованным доказательствам вывод суда о том, что Ципинова Д.М. не осознавала, что Потерпевший №1 является сотрудником полиции и представителем власти.

Указанный вывод суд сделал на основании показаний Ципиновой Д.М. и свидетелей защиты о том, что Потерпевший №1 находился в гражданской одежде, не представлялся, его поведение не давало оснований полагать, что он является сотрудником полиции и находится при исполнении своих служебных обязанностей.

Вывод суда противоречит показаниям Потерпевший №1, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №7 и других сотрудников ОМВД, из которых следует, что потерпевший на момент случившегося являлся заместителем начальника полиции Отдела МВД России по Урванскому району, находился на суточном дежурстве в качестве ответственного от руководящего состава, исполнял служебные обязанности.

Утверждает, что суд первой инстанции, игнорируя разъяснения высшей судебной инстанции, признал правомерной физическую оборону Ципиновой Д.М. от правомерных действий Потерпевший №1 по пресечению ее попыток проникновения в здание отдела при исполнении им служебных обязанностей по охране общественного порядка. Суд фактически подменил правовую оценку служебной деятельности сотрудника полиции субъективным восприятием конфликта одной из его сторон и ее эмоциональным состоянием, что недопустимо с учетом требований ст. 297 УПК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

При новом рассмотрении суд первой инстанции не выполнил эти требования: в приговоре отсутствует надлежащий анализ полномочий Потерпевший №1 как ответственного от руководства, оснований для применения физической силы к лицу, пытавшемуся нарушить пропускной режим, и соотнесения этих обстоятельств с критериями необходимой обороны, установленными законом и судебной практикой.

Насилие применено Ципиновой Д.М. к Потерпевший №1, именно в связи с исполнением им служебных обязанностей по охране общественного порядка и пресечению попыток незаконного проникновения в административное здание. Это свидетельствует о наличии у Ципиновой Д.М. прямого умысла на воспрепятствование служебной деятельности представителя власти, что свидетельствует о наличии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Признавая описанные действия установленными и излагая в приговоре обстоятельства, подтверждающие связь между противоправным поведением ФИО1 и служебной деятельностью Потерпевший №1, автор представления считает, что суд первой инстанции необоснованно исключает эти действия из сферы уголовно-правовой оценки по ст. 318 УК РФ, подменяя их квалификацию ссылками на «эмоциональное состояние» и субъективное «восприятие» ФИО1, что прямо противоречит позиции Пятого кассационного суда общей юрисдикции по данному делу.

Суд в мотивировочной части приговора формально приводит перечень исследованных доказательств, однако фактически отдает безусловное и необоснованное предпочтение показаниям оправданной Ципиновой Д.М. ее коллег-адвокатов Маговой Н.Х. и Кочесоковой Л.Г., которые непосредственно участвовали в конфликте и заинтересованы в исходе дела в пользу Ципиновой Д.М., а также выводам привлеченных защитой специалистов психологов. При этом суд игнорирует показания сотрудников полиции, иных свидетелей, не заинтересованных в исходе дела, видеозаписи, служебные проверки и постановления об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении сотрудников полиции.

Утверждает, что такой подход нарушает принципы состязательности и равноправия сторон, а также объективности оценки доказательств, установленные статей 15, 17 УПК РФ.

Пятый кассационный суд общей юрисдикции уже указывал, что суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении данного дела допустили произвольную оценку доказательств, выбрав позицию одной стороны и фактически проигнорировав доказательства другой, что недопустимо с точки зрения требований уголовно-процессуального закона и принципов состязательности.

Кроме того отмечает, что суд, формируя выводы о психологическом состоянии Ципиновой Д.М. и Потерпевший №1, мотивации и содержании их действий, придал решающее значение заключениям и показаниям специалистов-психологов, привлеченных стороной защиты, фактически подменив ими выводы судебных экспертиз, проведенных в соответствии с УПК РФ.

При этом суд неправомерно использует выводы специалистов, содержащие оценку поведения Потерпевший №1 как якобы «сексуализированного», «провоцирующего физическое насилие», что выходит за пределы компетенции специалиста в области психологии и по своему содержанию приближается к правовым выводам, отнесенным законом к исключительной компетенции суда.

Согласно ст. 58 и ч. 3 ст. 80 УПК РФ специалист привлекается для оказания содействия в исследовании доказательств и разъяснения вопросов, входящих в сферу его специальных познаний. Однако специалист не вправе подменять эксперта, подменять собой судебную экспертизу, и его заключения и пояснения подлежат оценке судом на общих основаниях, без придания им установленной или преимущественной силы.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» разъяснил недопустимость подмены судебной экспертизы заключениями специалистов и недопустимость возложения на специалиста функции оценки действий участников процесса.

Пятый кассационный суд общей юрисдикции в своем постановлении указал, что суды предыдущих инстанций необоснованно преимущественное значение заключениям и показаниям специалистов привлеченных стороной защиты, по сравнению с судебными экспертизами, выполненными в соответствии с Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», что повлекло искажение установленных по делу фактических обстоятельств.

Кассационный суд указал, что суду надлежало проверить компетентность привлеченных специалистов, предмет и границы их исследования, а также самостоятельную оценку сделанным ими выводам в совокупности с доказательствами по делу.

Тем не менее, при новом рассмотрении дела суд вновь воспроизводит указанные нарушения, опираясь на выводы специалистов о якобы «сексуальном характере» поведения потерпевшего Потерпевший №1 и о якобы психологическом «автоматизме» действий Ципиновой Д.М., в то время как эти выводы не только противоречат объективным данным видеозаписей, находящихся в материалах дела, но и явно выходят за пределы компетенции привлеченных лиц и относятся к сфере правовой оценки деяний.

Отмечает, что судьей Богатыревой З.А., рассматривавшей данное дело при постановлении приговора от 01 декабря 2025 года, допущены нарушения уголовно-процессуального свидетельствующие о ненадлежащем исполнении ею служебных обязанностей.

Утверждает, что такие нарушения требуют оценки путем вынесении частного постановления.

На основании изложенного, просит приговор Урванского районного суда КБР от 01 декабря 2025 года в отношении Ципиновой Д.М. отменить с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Вынести частное постановление в адрес судьи Богатыревой З.А. в целях устранения выявленных нарушений служебной деятельности, выразившихся в невыполнении требований ст. 401.16 УПК РФ о необходимости учета выводов кассационного определения, нарушении принципов объективности при оценке доказательств.

В возражении на апелляционное представление адвокат Тарханов Р.И. в защиту интересов Ципиновой Д.М. указывает, что нарушений закона, которые могли бы повлечь отмену данного приговора, судом первой инстанции по делу допущено не было.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 305 УПК РФ, в соответствии с которой суд изложил в приговоре существо предъявленного Ципиновой Д.М. обвинения, а также установленные судом обстоятельства уголовного дела, основания оправдания Ципиновой Д.М. и доказательства, подтверждающие эти основания, а также мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Вывод суда о невиновности Ципиновой Д.М., вопреки доводам апелляционного представления, и необходимости оправдания Ципиновой Д.М. в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, соответствует установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, основан на всесторонне проверенных в судебном заседании доказательствах, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты, которым судом дана надлежащая оценка.

Доводы стороны обвинения о виновности Ципиновой Д.М. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, тщательно проверялись судом первой инстанции и были мотивированно отвергнуты как необоснованные и несоответствующие установленным фактическим обстоятельствам дела.

Уголовное дело в отношении Ципиновой Д.М. рассмотрено в условиях состязательности и равноправия сторон, с соблюдением ст. ст. 15 и 244 УПК РФ.

Представленные стороной обвинения доказательства исследованы в судебном заседании, тщательно проверены и оценены по правилам ст. ст. 14, 17, 75, 87 и 88 УПК РФ.

В приговоре суд привел доказательства, на которых основаны его выводы. Мотивы принятия судом такого решения подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

На основании полного, всестороннего и объективного исследования в судебном заседании представленных по делу доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии объективных данных, свидетельствующих о виновности Ципиновой Д.М. в совершении инкриминируемого ей преступления.

Вопреки доводам апелляционного представления, в приговоре приведены в полной мере, достаточной для оценки обоснованности обвинения, показания потерпевшего и свидетелей обвинения.

Так, суд оценил показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что он, Свидетель №1, Свидетель №2 и другие находившиеся там сотрудники полиции неоднократно предупреждали Ципинову Д.М., Качесокову и Магову о том, что они являются сотрудниками полиции и что в случае невыполнения законных требований сотрудника полиции, они будут вынуждены применить физическую силу, и что эти трое толкали Свидетель №1, пытаясь войти в отдел, что привело к их выдавливанию с отдела с применением физической силы. Аналогичные показания даны Свидетель №1 и Свидетель №2. Данный довод стороны обвинения, а так же показания Свидетель №1, Потерпевший №1, Свидетель №2, в данной части опровергаются как исследованными видеозаписями, так и исследованной стенограммой их разговора в тамбуре с Ципиновой Д.М., Качесоковой, Маговой.

Факт попыток Ципиновой вернутся в отдел за своим телефоном подтверждается так же вступившим в законную силу постановлением старшего следователя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по КБР Адамокова об отказе в удовлетворении ходатайства адвоката Гаспаряна Н.С. о прекращении уголовного дела в отношении Ципиновой Д.М., обосновывая видеозаписями с камер видеонаблюдения, следователем сделан вывод о том, что после выдворения Ципиновой Д.М. из здания ОМВД России по Урванскому району, последняя пыталась вернуться в здание полиции только с целью вернуть свой сотовый телефон.

Доводы Ципиновой Д.М. об отсутствии у нее умысла на совершение какого-либо насилия в отношении сотрудников полиции, и что только после ее обхвата сзади Потерпевший №1, выражения им нецензурной бранью в ее адрес и заявления, что в отделе к ней применят сексуальное насилие, сопровождавшееся соприкосновением его тела с ее телом, толчками в области гениталий и касания интимных частей ее тела, в связи с чем она рефлекторно нанесла Потерпевший №1 пощечину и другие удары, подтверждаются исследованными судом заключением специалиста от 06.07.2020 года №11/20 по результатам проведения судебной психологической экспертизы, заключением специалиста-психолога ФИО12 от 18 июня 2020 года и заключением специалиста ФИО13 по результатам комиссионного психолого-ситуационного исследования по видеоматериалам, от 6 июля 2020 года.

Указанные заключения специалистов, положенные в основу приговора, сомнений не вызывают, поскольку даны квалифицированными специалистами на основании проведения соответствующих исследований, оснований сомневаться в объективности которых, а также в допустимости и научной обоснованности примененных методик при проведении исследований, не имеется. Заключения специалистов исследованы и оценено судом в совокупности с другими доказательствами по данному делу, и обоснованно признаны допустимыми доказательствами. Доводы апелляционного представления об обратном, нельзя признать состоятельными.

Судом дана надлежащая оценка и доказательству обвинения - заключению экспертизы от 23.04.2021 года НКЦ КАРПОВКА ООО «ЦП Карповка плюс».

По смыслу закона, ответственность за применение насилия в отношении представителя власти по ч. 1 ст. 318 УК РФ наступает тогда, когда насилие является противодействием законной деятельности представителя власти, то есть направлено на её прекращение.

Стороной обвинения, ни в ходе судебного разбирательства, ни в апелляционном представлении не представлены доказательства опровергающие показания оправданной о том, что насилия ею было применено к Потерпевший №1 исключительно в ответ на провокацию, неправомерные действия и угрозу применения к ней сексуального насилия.

Суд обоснованно признал наличие по делу неустранимых сомнений по этому вопросу, которые истолковал в пользу подсудимой, как этого требует ч. 3 ст. 14 УПК РФ, т.к. в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд обоснованно пришел к выводу о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о совершении Ципиновой Д.А. преступления, а представленные стороной обвинения доказательства, в том числе показания потерпевшего и свидетелей, а также письменные материалы, не являются доказательствами виновности Ципиновой Д.А. в совершении умышленного применения насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

С учетом изложенного, просит приговор Урванского районного суда КБР от 1 декабря 2025 года в отношении Ципиновой Д.М. оставить без изменение, апелляционное представление - без удовлетворения.

В возражении на апелляционное представление адвокат Натанов С.Э. в защиту интересов Ципиновой Д.М. находит приговор суда законным, обоснованным и мотивированным, полностью соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, а апелляционное представление - не подлежащим удовлетворению.

Вопреки утверждениям государственного обвинителя суд установил, что из содержания представленной суду видеозаписи событий, произошедших в тамбуре холла здания ОМВД России по Урванскому району, следует, что сотрудники полиции не предупреждали адвокатов о возможности применения физической силы, не дали адвокатам разумного времени для выполнения требования покинуть здание ОМВД. Решение о применении физической силы было принято начальником ОМВД и было исполнено без промедления. При этом судом установлено, что Ципинова Д.М. не принимала попыток проникнуть в холл здания ОМВД и всё время находилась в тамбуре отдела.

Вопреки доводам автора апелляционного представления суд указал, что нарушение адвокатами Инструкции о пропускном режиме утверждённой приказам начальника отдела №65 от 11.02.2019 не является основанием для отказа в пропуске защитника к задержанному доверителю. Положения ни одного законного или подзаконного акта не может противоречить нормам Конституции Российской Федерации, обладающей свойством прямого действия.

Более того анализируя положения указанной Инструкции, суд указал, что согласно п. 5.1 Инструкции о пропускном режиме утверждённой приказам начальника ОМВД России по Урванскому району №65 от 11.02.2019, пропуск на территории здания ОМВД осуществляется по предъявлении служебного удостоверения. Адвокаты Ципинова и Кочесокова, согласно исследованной судом видеозаписи, представили сотруднику полиции ФИО16, свои удостоверения адвокатов, а также водительские удостоверения для идентификации личности. Ссылка на то обстоятельство, что адвокаты подпадают под категорию «остальные лица» в Инструкции не обоснована, так как п. 5.1 не содержит перечня служб и ведомств, сотрудники которых имеют право входа в здание ОМВД по предъявлении служебного удостоверения.

Вопреки утверждениям прокурора суд правильно пришёл к выводу, что Ципинова Д.М. могла предполагать, что Потерпевший №1 мог не быть представителем власти, поскольку Потерпевший №1 не выглядел как сотрудник полиции, так как ни его форма одежды, ни атрибуты на ней, ни его поведение не соответствовало сотруднику полиции, о чём суд подробно указал в приговоре после анализа представленных сторонами доказательств, (стр. 57 приговора).

При этом ссылка прокурора на показания, допрошенных свидетелей (сотрудников полиции), которые указали, что потерпевший на момент случившегося являлся заместителем начальника отдела полиции, находился на суточном дежурстве в качестве ответственного от руководящего состава, исполнял служебные обязанности, не является безусловным подтверждением того, что Ципинова Д.М. понимала, что Потерпевший №1 являлся сотрудником полиции поскольку, ФИО1 не являлась сотрудником ОМВД России по Урванскому району, в котором Потерпевший №1 проходил службу и не находилась у него в служебном подчинении.

Вопреки доводам государственного обвинителя о том, что суд пришёл к необоснованному выводу об осуществлении Ципиновой Д.М. права на необходимую оборону от противоправных, сексуально окрашенных действий потерпевшего, судом в ходе судебного следствия не установлено и в приговоре не указано о совершении Потерпевший №1 посягательства сопряжённого с насилием, опасным для жизни Ципиновой Д.М. либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Поэтому суд отверг указанный довод стороны защиты и согласился в этой части с государственным обвинителем. Вместе с тем, судом установлено, что ФИО1 совершила действия в отношении Потерпевший №1 из внезапно возникших неприязненных отношений, в связи с чем, деяние Ципиновой Д.М. не может быть оценено судом как необходимая оборона.

Вопреки доводам автора апелляционного представления суд в соответствии со статьей 392 и частью 6 статьи 401.16 УПК РФ выполнил указания суда кассационной инстанции при повторном рассмотрении уголовного дела. Суд не допустил подмены оценки правомерности действий сотрудников полиции выводами специалистов-психологов при этом суд подверг надлежащему анализу полномочия Потерпевший №1 и соотнес их с установленными судом другими доказательствами об обстоятельствах, имеющих значение для дела, согласился с доводами государственного обвинителя в той части, что для дачи заключения о наличии сексуально-выраженного поведения необходимо привлекать специалиста сексолога, тогда как специалисты привлечённые стороной защиты, социальными знаниями в области сексологии не обладают. Суд не согласился с выводами специалистов о наличии сексуально-провоцирующего поведения Потерпевший №1 выраженного в нарушении интимной дистанции, телесном контакте Потерпевший №1 с частями тела Ципиновой Д.М. В связи, с чем судом не установлено совершение Потерпевший №1 сексуальных действий в отношении Ципиновой Д.М. и сделан вывод об отсутствии в действиях Ципиновой Д.М. необходимой обороны.

Утверждает, что уголовное дело в отношении Ципиновой Д.М. рассмотрено в условиях состязательности и равноправия сторон, с соблюдением ст. ст. 15 и 244 УПК РФ.

Права государственного обвинителя и потерпевшего, предусмотренные ч. 3 ст. 37, чч. 4 - 8 ст. 246, ч. 3 ст. 42 и ст. 249 УПК РФ, в том числе на представление доказательств и участие в их исследовании, заявление ходатайств, изложение суду своего мнения по существу обвинения и его доказанности, о мере наказания, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, судом не ограничивались.

Все ходатайства сторон разрешены судом в установленном порядке.

Отмечает, что доводы апелляционного представления сводятся к оспариванию выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела посредством переоценки доказательств, которым суд дал надлежащую оценку.

Суд первой инстанции не оставил без внимания и оценки доказательства, которые могли бы изменить исход дела в отношении Ципиновой Д.М.

Оправдательный приговор от 01 декабря 2025 года в отношении оправданной Ципиновой Д.М. отвечает требованиям ст. 297 УПК РФ и вынесен с учётом указаний Пятого кассационного суда общей юрисдикции, в связи, с чем апелляционное представление государственного обвинителя Хандогого Д.А. не подлежит удовлетворению.

Просит приговор Урванского районного суда КБР от 01 декабря 2025 года которым Ципинова Д.М. оправдана оставить без изменения, доводы апелляционного представления - без удовлетворения.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель Хандогий Д.М. указывает, что при ознакомлении с приговором и аудио протоколом судебного заседания от 28 ноября 2024 года, в ходе которого допрашивался потерпевший Нагоев, имеются существенные противоречия в оценке судом показаний потерпевшего.

Так, на странице приговора 7 приведены показания Потерпевший №1 о том, что он неоднократно говорил Ципиновой и остальным девушкам о том, что они сотрудники органов внутренних дел, исполняющие служебные обязанности.

Данное обстоятельство подтверждается также содержанием аудио протокола судебного заседания, в котором потерпевший детально описывает, как многократно оповещал Ципинову о своем статусе и требовал прекратить противоправные действия.

На листе 57 приговора, оценивая показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, пояснивших, что потерпевший представлялся Ципиновой на крыльце здания МВД по Урванскому району, суд приходит к выводу, что показания этих двух лиц опровергаются показаниями потерпевшего Потерпевший №1.

Таким образом указывает, что суд первой инстанции ссылается на показания Потерпевший №1 как на доказательство того, что он не представлялся Ципиновой, хотя на странице 7 того же приговора указывает об обратном.

Отмечает, что суд первой инстанции не привел конкретные фрагменты или дословные цитаты из показаний Потерпевший №1, на основании которых якобы опровергаются показания свидетелей, и не мотивировал несоответствие между содержанием 7 страницы приговора и выводами, изложенными на странице 57 того же приговора.

Утверждает, что отсутствие в приговоре должного анализа и мотивировки, равно как и игнорирование показаний потерпевшего в их совокупности, свидетельствуют о нарушении требований статей 297 и 307 УПК РФ о полной и правильной оценке доказательств и о мотивированности приговора.

Просит приговор Урванского районного суда КБР от 01 декабря 2025 года в отношении Ципиновой Д.М. отменить с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Вынести частное постановление в адрес судьи Богатыревой З.А. в целях устранения выявленных нарушений служебной деятельности, выразившихся в невыполнении требований ст. 401.16 УПК РФ о необходимости учета выводов кассационного определения, нарушении принципов объективности при оценке доказательств.

В возражении на дополнительное апелляционное представление адвокат Натанов С.Э. указывает, что вопреки утверждениям государственного обвинителя суд первой инстанции обоснованно признал недостоверными показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 о том, что Потерпевший №1 представлялся Ципиновой на крыльце ОМВД России по Урванскому району. Отмечает, что показания этих свидетелей об обратном направлены на то, чтобы помочь своему коллеге Потерпевший №1 оправдать свои незаконные действия.

Иная оценка доказательств, положенных в основу приговора, приведенная в дополнительном апелляционном представлении, является неубедительной и основанной на собственной субъективной оценке ее автором отдельных доказательств и фактов по уголовному делу без связи и в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств, что противоречит положениям статьи 88 УПК РФ.

Просит приговор оставить без изменения, дополнительное апелляционное представление без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на него, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

По смыслу уголовно-процессуального закона, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения оправдательного приговора в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции и (или) существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Подобных нарушений судом первой инстанции не допущено.

Оправдательный приговор в отношении Ципиновой Д.М. постановлен в полном соответствии с требованиями ст. 305 УПК РФ, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора содержит изложение существа предъявленного Ципиновой Д.М. обвинения, установленных судом фактических обстоятельств дела, оценку представленных сторонами доказательств, а также основания оправдания Ципиновой Д.М.

Вопреки доводам представления, по результатам полного, всестороннего и объективного исследования в судебном заседании всех представленных доказательств, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии достаточных объективных данных, свидетельствующих о виновности Ципиновой Д.М. в совершении инкриминируемого преступления.

Формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданной, в приговоре не допущено.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ не может быть основан на предположениях обвинительный приговор суда, который постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, что соответствует положениям статьи 49 Конституции РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, дал им оценку, при этом судом в соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ приведены мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие, получили свою оценку и те доказательства, ссылка на которые имеется в апелляционном представлении государственного обвинителя.

По результатам исследования всех доказательств, суд установил фактические обстоятельства, согласно которым 20.05.2020 примерно в 21 час сотрудниками ОМВД России по Урванскому району был задержан ФИО18 для установления его личности и в связи с имеющимися подозрениями в совершении общественно опасного деяния.

Примерно в 22 часа 30 минут 20.05.2020 адвокаты Адвокатской палаты КБР Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х. с ордерами на представление интересов задержанного ФИО18 приехали к зданию ОМВД РФ по Урванскому

району, находящемуся по адресу: КБР, <адрес>, и стали звонить в домофон, представившись адвокатами и пояснив, что являются представителями ФИО18, однако их не допустили в здание отдела полиции. Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х., требуя их впустить, начали стучать во входную дверь здания ОМВД и продолжили звонить в домофон.

Примерно в 23 часа к ним вышли начальник ОМВД России по Урванскому району Свидетель №1 и его заместитель Свидетель №2 Свидетель №1 в ходе разговора с Свидетель №19 отказал в допуске адвокатов к задержанному ФИО18 до установления его личности и сбора первичного материала.

После этого Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х. направились в Урванский МСО СУ СК РФ по КБР, где написали заявление с требованием пресечения незаконных действий сотрудников ОМВД РФ по Урванскому району, не допускающих их для представления интересов задержанного ФИО18 Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х. обратились по телефону к дежурному прокурору прокуратуры КБР с просьбой принять по данному вопросу меры прокуроского реагирования. Одновременно с этим адвокаты Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х. в телефонном режиме поддерживали связь с адвокатом адвокатской палаты КБР Ципиновой Д.М., которая также представляла интересы ФИО18

После приезда адвоката Ципиновой Д.М. в г. Нарткалу Урванского района, 21.05.2020, примерно в 00 часов 21 мин. Ципинова Д.М., Магова Н.Х. и Кочесокова Л.Г. подошли к административному зданию ОМВД России по Урванскому району. Кочесокова Л.Г. начала звонить в дверь и через домофон разговаривать с сотрудником полиции, высказав просьбу впустить адвокатов в здание и записать в журнале лиц, посещавших это здание. Ципинова Д.М. фиксировала происходящее с помощью камеры своего мобильного телефона. Через некоторое время из отдела полиции вышел сотрудник в форме полицейского, и Ципинова Д.М., Кочесокова Л.Г. и Магова Н.Х., воспользовавшись открытой дверью, прошли в огороженную металлической решеткой досмотровую часть здания ОМВД (тамбур), где в ходе разговора с сотрудником полиции Свидетель №9, потребовавшим убрать телефон и прекратить видеосъемку, Ципинова Д.М. представилась, пояснила, что видеосъемка является вынужденной мерой и на требование ее прекратить, проявляя признаки речевой провокации, высказывая выражения побудительного характера с возможными негативными последствиями, отказалась выключать камеру мобильного телефона. Подошедший в это время начальник ОМВД России по Урванскому району Свидетель №1 в сопровождении своих заместителей Свидетель №2 и Потерпевший №1 зашел в тамбур и также потребовал от Ципиновой Д.М. не снимать его как сотрудника полиции, а также не снимать на территории ОМВД. На предложение Ципиновой Д.М. Свидетель №1 представился с указанием должности, а также фамилии, имени и отчества. Ципинова Д.М. вновь отказалась выполнить требования должностного лица и представителя власти о прекращении видеосъемки. После этого Свидетель №1, не выяснив цели прибытия адвокатов, не разъяснив условий пропускного режима, не требуя представиться и предъявить документы, а также соблюдения мер против короновирусной инфекции, без разъяснения причин недопуска, потребовал от Ципиновой Д.М., Маговой Н.Х. и Кочесоковой Л.Г. покинуть здание ОМВД, несмотря на пояснения задержанного ФИО18 о том, что указанные лица являются его представителями. Свидетель №1 отдал распоряжение сопровождавшим его лицам начать выталкивание Кочесоковой Л.Г., Маговой Н.Х. и Ципиновой Д.М., после чего Свидетель №1, Свидетель №2 и Потерпевший №1 начали физически вытеснять Ципинову Д.М., Магову Н.Х. и Кочесокову Л.Г. до рамки металлоискателя, установленной перед выходом из здания ОМВД, откуда без какого-либо предупреждения о применении физической силы, с применением грубой физической силы вытолкнули их на улицу. При этом из рук Ципиновой Д.М. в тамбуре холла здания ОМВД был выбит ее мобильный телефон, на который она производила видеосъемку.

После выталкивания из здания ОМВД России по Урванскому району Ципинова Д.М., находясь на крыльце здания, совершила неоднократные попытки вернуться в здание ОМВД за своим мобильным телефоном, а Потерпевший №1, с учетом активного поведения Ципиновой Д.М., которое он воспринимал как нарушение распоряжения начальника ОМВД Свидетель №1, без законных оснований для применения физической силы, пытался воспрепятствовать этому, удерживая Ципинову Д.М. сзади за руки в районе плеч и предплечий Ципиновой Д.М. Ципинова Д.М., делая попытки освободиться от захвата Потерпевший №1, вырывала свои руки из захвата, однако Потерпевший №1 продолжал свои действия, сокращая дистанцию между ним и Ципиновой Д.М. Ципинова Д.М., оказывая сопротивление действиям Потерпевший №1, не осознавая, что Потерпевший №1 является заместителем начальника ОМВД России по Урванскому району и представителем власти, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Потерпевший №1 в связи с удержанием ее Потерпевший №1, развернулась к нему лицом и ударила один раз рукой в лицо Потерпевший №1, оттолкнула его от себя руками. После этого Потерпевший №1 продолжил наступать на Ципинову Д.М., которая схватила рукой за шею Потерпевший №1 и ударила его ногой в бедро. Потерпевший №1 и Ципинову Д.М. разняли находящиеся на месте сотрудники полиции и, выполняя распоряжение Свидетель №1, задержали Ципинову Д.М.

Все представленные суду доказательства, в том числе и те, которые указаны в апелляционном представлении, судом были исследованы и им дана надлежащая оценка. Совокупность исследованных доказательств подтверждает, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела.

Исследуемые события зафиксированы посредством видеосъемки камерами наблюдения, установленными в ОМВД России по Урванскому району, а также камерами мобильных телефонов Ципиновой Д.М. и Свидетель №11

Судом первой инстанции были тщательно исследованы все представленные сторонами видеозаписи, им дана надлежащая оценка в совокупности с показаниями оправданной, потерпевшего, свидетелей.

Из содержания видеозаписей усматривается, что прибыв к зданию ОМВД России по Урванскому району для защиты ранее доставленного туда ФИО18 адвокаты Ципинова Д.М., Магова Н.Х. и Кочесокова Л.Г. располагали адвокатскими удостоверениями, ордерами, подтверждающими полномочия защитников (представителей) ФИО18, а также средствами защиты от короновирусной инфекции (масками). Невзирая на это, они не были допущены внутрь здания отдела внутренних дел, при этом начальник названного отдела Свидетель №1 не объяснил причин недопуска адвокатов к задержанному ФИО18 и, не предупредив о применении физической силы, отдал распоряжение подчиненным ему сотрудникам полиции выдворить Ципинову, Магову и Кочесокову за пределы здания. Это распоряжение было исполнено без промедления, Ципинова, Магова и Кочесокова были грубо вытолкнуты на улицу, отчего Ципинова и Кочесокова упали на землю. При выталкивании была опрокинута рамка металлоискателя и из руки Ципиновой выбит мобильный телефон, на камеру которого она вела съемку. Один из сотрудников полиции подобрал его с пола и поместил на тумбочку у входа в «тамбур».

Вопреки предъявленному Ципиновой обвинению, из видеозаписей не усматривается, что она хватала сотрудников полиции за руки и отталкивала их в стороны. Кроме того, из них следует, что потерпевший Потерпевший №1 не представлялся, был одет в брюки и футболку темного цвета без явных опознавательных признаков форменного обмундирования.

Как следует из видеозаписей, Потерпевший №1 схватил Ципинову за руки сзади еще до того, как она подошла к Свидетель №1, удерживал её в районе плеч и предплечий, то есть применял физическую силу, невзирая на наличие рядом нескольких сотрудников полиции, одетых в соответствующую униформу и преграждавших Ципиновой доступ в здание ОМВД. При этом Ципинова не предпринимала попыток применить насилие в их отношении.

После того, как адвокатов Магову и Кочесокову не допустили к задержанному Жилокову, они обратились по данному факту в прокуратуру Урванского района, прокуратуру КБР, а также в СУ СК РФ по КБР, после чего вернулись к ОМВД РФ по Урванскому району вместе с адвокатом Ципиновой с целью зафиксировать это посещение и отказ в допуске к задержанному, что указывает на отсутствие у Ципиновой, Маговой и Кочесоковой намерения силовым путем проникнуть в здание отдела внутренних дел.

Видеозаписи подтверждают показания Ципиновой о том, что она хотела пройти в «тамбур», чтобы забрать свой мобильный телефон, выбитый у нее из руки при выталкивании ее из здания.

Исследованными судом первой инстанции доказательствами опровергнуто изложенное в обвинении Ципиновой обстоятельство, что личность задержанного Жилокова не была установлена, которым сторона обвинения обосновывала отказ в допуске к нему адвокатов, поскольку 20 мая 2020 года, еще до прибытия адвоката Ципиновой в ОМВД РФ по Урванскому району в отношении Жилокова было составлено два протокола об административных правонарушениях, в которых содержалась исчерпывающая информация о его личности, кроме того, 20 мая 2020 года он зарегистрирован в журнале приема посетителей ОМВД России по Урванскому району с указанием серии и номера паспорта (т. 2 л. д. 76, 77, 131-133).

Вопреки доводу апелляционного представления о том, что суд отдал явное предпочтение показаниям оправданной и ее коллег, судом первой инстанции проведен всесторонний анализ и дана надлежащая оценка показаниям оправданной, потерпевшего и свидетелей как со стороны обвинения, так и со стороны защиты. Сопоставив их между собой, а также оценив в совокупности с другими доказательствами, в частности- с видеозаписями исследуемых событий, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что представленные сторонами доказательства не содержат существенных противоречий, влияющих на правовоую оценку действий Ципиновой Д.М. и обоснованно принял в качестве доказательств по делу как показания как Ципиновой Д.М. так и потерпевшего Потерпевший №1, а также свидетелей обвинения и защиты, заключение эксперта, заключения специалистов и иные материалы уголовного дела, - в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам в ходе просмотра видеозаписей событий, произошедших в ночь с 20 на 21 мая 2020 года в здании и возле здания ОМВД России по Урванскому району. Оценив доказательства в их совокупности, суд правомерно расценил наличие незначительных противоречий в показаниях свидетелей как отражение позиции стороны в процессе.

Потерпевший Потерпевший №1, а также свидетели обвинения- сотрудники ОМВД России по Урванскому району: Свидетель №1 (начальник отдела), Свидетель №4 (участковый уполномоченный полиции), Свидетель №3 (старший участковый уполномоченный полиции), Свидетель №2 (начальник следственного отдела), Свидетель №14 (оперуполномоченный ОУР), Свидетель №8 (помощник оперативного дежурного), ФИО19 (полицейский ППС), Свидетель №10 (следователь), Свидетель №12 (оперативный дежурный), Свидетель №11 (стажер участкового уполномоченного полиции) дали показания о том, что в ночь с 20 на ДД.ММ.ГГГГ они находились по месту службы в здании ОМВД России по Урванскому району и были участниками и очевидцами конфликта, возникшего между начальником отдела Свидетель №1, его заместителем Потерпевший №1 и тремя девушками адвокатами: Маговой Н.Х., Кочесоковой Л.Г. и Ципиновой Д.М., которые хотели пройти в здание ОМВД, вели себя вызывающе, по распоряжению начальника Отдела Свидетель №1 их выдворили на крыльцо, где Потерпевший №1 удерживал Ципинову сзади за руки, а она вырвалась из захвата и ударила Потерпевший №1 рукой по лицу и ногой в область паха.

При этом все указанные лица сообщили, что Потерпевший №1 был одет в форменную футболку темно-синего цвета без каких-либо отличительных признаков, а также в брюки темно-синего цвета с тонкими полосками красного цвета по бокам.

Никто из свидетелей обвинения не подтвердил показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что Ципинова замахнулась на Свидетель №1, и именно по этой причине, в целях предотвращения применения насилия со стороны Ципиновой к Свидетель №1 он (Потерпевший №1) произвел захват ее за руки сзади. Не подтверждаются показания потерпевшего в этой части и видеозаписью.

Ни сам Потерпевший №1, ни его сослуживцы не сообщили определенно о том, представлялся ли Потерпевший №1 Ципиновой в качестве сотрудника полиции, в какой именно момент: до применения к ней физической силы, во время или после. Из их показаний следует лишь, что Ципиновой и остальным девушкам неоднократно говорилось о том, что они сотрудники при исполнении и все фиксируется видеокамерами.

Из видеозаписи следует, что в начальной стадии конфликта единственный, кто представился Ципиновой, Маговой и Кочесоковой был начальник ОМВД по Урванскому району Свидетель №1 Потерпевший №1 этого не делал. Непосредственно после этого в отношении адвокатов была применена физическая сила, они были грубо вытолканы из «тамбура» на улицу, при этом Кочесокова и Ципинова упали на землю.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что по внешнему виду Потерпевший №1, его одежде человеку, не знакомому с видами служебного обмундирования сотрудников МВД невозможно сделать вывод о том, что Потерпевший №1 был одет в униформу, так как на нем была однотонная футболка навыпуск, а также брюки темного цвета, без явных признаков форменной одежды. Наличие «лампасов» на видеозаписи не просматривается.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что Ципинова, применяя к Потерпевший №1 насилие, осознавала, что он является сотрудником полиции и находится при исполнении служебных обязанностей.

Утверждение Ципиновой Д.М. о том, что насилие к Потерпевший №1 было ею применено не в связи с исполнением им своих служебных обязанностей, а в ответ на необоснованное применение к ней физической силы, а также высказанные оскорбительные выражения в ее адрес, на почве возникших личных неприязненных отношений, стороной обвинения не опровергнуты.

Суд первой инстанции дал всестороннюю оценку этим и другим представленным сторонами доказательствам.

Так, судебно медицинскими экспертами установлено наличие у Потерпевший №1 ушиба мягких тканей правого угла нижней челюсти, ссадин обеих верхних конечностей, не повлекшие за собой расстройства здоровья или утраты трудоспособности (т. 6 л. д. 108-111, 153-157).

Телесные повреждения установлены экспертами и у Кочесоковой Л.Г.: кровоподтеки задней поверхности нижней трети правого плеча, внутренней поверхности средней трети правого плеча, внутренней поверхности нижней трети правого плеча, внутренней поверхности нижней трети правого предплечья; ссадины наружной поверхности нижней трети правого предплечья, передней поверхности нижней трети правого предплечья; Маговой Н.Х.: кровоподтек наружной поверхности нижней трети левого предплечья; Ципиновой Д.М.: перелом (неполный) дистального конца (метоэпифиза) левой лучевой кости с частичным продольным разрывом сухожилия короткого разгибателя большого пальца, частичным повреждением локтевого разгибателя левой кисти, теносиновит сухожилия сгибателей пальцев левой кисти; ушиб правого лучезапястного сустава с продольным разрывом сухожилия короткого разгибателя большого пальца, частичным повреждением локтевого разгибателя левой кисти, теносиновит сухожилия сгибателей пальцев правой кисти; ушиб правого плечевого сустава; ушиб левого плечевого сустава; кровоподтеки: передней поверхности правого плеча в верхней трети; передней поверхности правого плеча в средней трети; передней поверхности правого лучезапястного сустава и кисти; задней поверхности правого предплечья в средней трети; задней поверхности правого предплечья в нижней трети; передней поверхности левого предплечья в верхней трети; во внутреннем верхнем квадранте левой молочной железы; области правой паховой складки; тыльной поверхности второго пальца правой кисти; ссадины: тыльной поверхности третьего пальца правой кисти; задней поверхности правого предплечья. Телесные повреждения у Кочесоковой и Маговой не повлекли расстройства здоровья или утрату трудоспособности, здоровью Ципиновой причинен вред средней тяжести (т. 5 л. д. 231-233, т. 6 л. д. 69-73, 89-92, 93-95, 218-234).

Экспертные заключения о наличии телесных повреждений у Потерпевший №1, Ципиновой, Кочесоковой и Маговой подтверждают установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства, а именно, что применению Ципиновой физической силы к Нагоеву предшествовало применение физической силы к ней и ее коллегам со стороны потерпевшего и других участников конфликта.

Необоснованными являются доводы апелляционного представления о том, что суд первой инстанции, формируя выводы о психологическом состоянии Ципиновой Д.М. и Потерпевший №1, мотивации и содержании их действий, придал решающее значение заключениям и показаниям специалистов-психологов, привлеченных стороной защиты, фактически подменив ими выводы судебных экспертиз, проведенных в соответствии с УПК РФ; о том, что при этом суд неправомерно использует выводы специалистов, содержащие оценку поведения Потерпевший №1 как якобы «сексуализированного», «провоцирующего физическое насилие», что выходит за пределы компетенции специалиста в области психологии и по своему содержанию приближается к правовым выводам, отнесенным законом к исключительной компетенции суда.

Вопреки этим утверждениям, как верно указано в возражении на апелляционное представление, суд не допустил подмены оценки правомерности действий сотрудников полиции выводами специалистов-психологов, подверг надлежащему анализу полномочия Потерпевший №1 и соотнес их с установленными судом другими доказательствами об обстоятельствах, имеющими значение для правильного разрешения дела, согласился с доводами государственного обвинителя в той части, что для дачи заключения о наличии сексуализированного поведения необходимо привлекать специалиста сексолога, тогда как специалисты привлечённые стороной защиты, социальными знаниями в области сексологии не обладают. Суд не согласился с выводами специалистов о наличии сексуально-провоцирующего поведения Потерпевший №1 выраженного в нарушении интимной дистанции, телесном контакте Потерпевший №1 с частями тела Ципиновой Д.М.. В связи с чем судом не установлено совершение Потерпевший №1 сексуальных действий в отношении Ципиновой Д.М. и сделан вывод об отсутствии в действиях Ципиновой Д.М. необходимой обороны.

При этом суд признал недопустимым доказательством заключение № 11/20 от 07.07.2020 по результатам проведения кандидатом психологических наук ФИО20 судебно-психологической экспертизы, в котором содержатся суждения о сексуализированном характере взаимодействия между Потерпевший №1 и Ципиновой, сделав вывод о подмене понятий эксперта и специалиста, поскольку Легостаева не является экспертом, не предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Вместе с тем, суд, оценив в совокупности показания специалистов ФИО12, ФИО13, ФИО21, представленные стороной защиты, а также комиссионной психологической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной экспертами ООО «ЦП Карповка Плюс» и представленной в качестве доказательства стороной обвинения, пришел к обоснованному выводу о том, что выводы названных специалистов и экспертов не противоречат друг другу, у Ципиновой и Потерпевший №1 наблюдался в конфликте «автоматизм поведения», Ципинова стремилась за телефоном, который для нее важен, Потерпевший №1 же воспринимал свои действия как защиту начальника, важен был процесс, а не цель. В ситуации было непонимание с двух сторон, Потерпевший №1 «заигрался», был азартен и увлечен, чтобы не пустить, а Ципинова хотела проникнуть за телефоном.

Судом первой инстанции справедливо отмечено, что в заключениях специалистов, так и в заключении экспертов указывается на деструктивный характер ситуации, негативный тип образов конфликтов, на объективный контроль за ситуацией Свидетель №1, а также на защитно-рефлекторный, защитно-агрессивный («агрессивно-оборонительный») характер действий Ципиновой в ситуации с Потерпевший №1.

Как правильно указано в приговоре суда первой инстанции статья 48 Конституции РФ гарантирует каждому получение квалифицированной юридической помощи. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Нормы, гарантирующие каждому право на защитника с момента задержания, возбуждения производства по делу об административном правонарушении, содержатся в Уголовно-процессуальном кодексе и Кодексе об административных правонарушениях Российской Федерации.

В качестве защитника допускается адвокат, полномочия которого подтверждаются служебным удостоверением и ордером.

Судом первой инстанции установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО18 был задержан сотрудниками ОМВД России по Урванскому району и доставлен в названный отдел, где свобода его передвижения была ограничена.

Также установлено, что для защиты Жилокова в отдел внутренних дел, где он находился, прибыли адвокаты Магова, Кочесокова и Ципинова, имея при себе адвокатские удостоверения, ордера, уполномочивающие их осуществлять защиту Жилокова, а также средства защиты от инфекции и водительские удостоверения.

Довод стороны обвинения о том, что личность Жилокова не была установлена, опровергается тем, что исчерпывающие данные о его личности уже содержались в рапортах сотрудников ОМВД России по Урванскому району и в протоколах об административных правонарушениях, составленных в отношении Жилокова еще до прибытия в названный Отдел адвоката Ципиновой.

Невзирая не это, адвокаты не были допущены для оказания юридической помощи Жилокову.

Ссылка стороны обвинения на то, что утвержденной 11.02.2019 начальником ОМВД России по Урванскому району Свидетель №1 Инструкцией предусмотрен специальный пропускной режим в административное здание Отдела МВД России по Урванскому району, согласно которому пропуск на территорию Отдела МВД России по Урванскому району осуществляется по предъявлению служебного удостоверения, остальных лиц - с разрешения начальника, обоснованно отвергнута судом первой инстанции, поскольку данный ведомственный организационно-распорядительный акт не может противоречить Конституции Российской Федерации, Федеральным законам и нарушать гарантированное ими права каждого на квалифицированную юридическую помощь и защиту профессионального адвоката.

Кроме того, как справедливо указал суд в приговоре, п. 5.1 указанной Инструкции, на который имеется ссылка в предъявленном Ципиновой обвинении как на обоснование законности действий Свидетель №1 и подчиненных ему сотрудников ОМВД России по Урванскому району по выдворению адвокатов Ципиновой, Маговой и Кочесоковой и применению к ним физической силы, пропуск на территорию здания ОМВД осуществляется по предъявлении служебного удостоверения. Адвокаты Ципинова и Кочесокова, согласно исследованной судом видеозаписи, представили постовому сотруднику полиции Свидетель №9 свои удостоверения адвокатов, а также водительские удостоверения для идентификации личности, имели при себе ордера, подтверждающие полномочия осуществлять защиту Жилокова. Ссылка на то обстоятельство, что адвокаты подпадают под категорию «остальные лица» в Инструкции необоснована, так как п. 5.1 не содержит перечня служб и ведомств, сотрудники которых имеют право входа в здание ОМВД по предъявлении служебного удостоврения.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что отказ Свидетель №1 в допуске адвокатов Ципиновой, Маговой и Кочесоковой для оказания юридической помощи задержанному Жилокову, его требование, адресованное адвокатам о том, чтобы они покинули ОМВД России по Урванскому району, где содержался задержанный, распоряжение о выдворении адвокатов из здания и действия по этому выдворению с применением физической силы, не основаны на законе.

Эти действия Свидетель №1 и создали конфликтную ситуацию.

Основания и порядок применения сотрудниками полиции физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия установлены Федеральным законом РФ от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции».

В соответствии о ст. ст. 18, 19, 20 названного Закона Сотрудник полиции имеет право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы) в случаях и порядке, предусмотренных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Сотрудник полиции перед применением физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия обязан сообщить лицам, в отношении которых предполагается применение физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, о том, что он является сотрудником полиции, предупредить их о своем намерении и предоставить им возможность и время для выполнения законных требований сотрудника полиции. В случае применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия в составе подразделения (группы) указанное предупреждение делает один из сотрудников полиции, входящих в подразделение (группу).

Сотрудник полиции имеет право не предупреждать о своем намерении применить физическую силу, специальные средства или огнестрельное оружие, если промедление в их применении создает непосредственную угрозу жизни и здоровью гражданина или сотрудника полиции либо может повлечь иные тяжкие последствия.

Сотрудник полиции при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства или огнестрельное оружие, характера и силы оказываемого ими сопротивления. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба.

Сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в следующих случаях:

1) для пресечения преступлений и административных правонарушений;

2) для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц;

3) для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

Тщательно исследовав все представленные сторонами доказательства, сопоставив их между собой и оценив в совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что физическая сила к Ципиновой, Маговой и Кочесоковой была применена в отсутствие предусмотренных Законом «О полиции» оснований.

Как справедливо отмечено в приговоре, в качестве сотрудника полиции адвокатам Ципиновой, Маговой и Кочесоковой представился лишь Свидетель №1 При этом Свидетель №1 и иные сотрудники полиции не предупреждали адвокатов о возможности применения физической силы, не дали им разумного времени для выполнения требований покинуть здание ОМВД. Решение о применении физической силы было принято начальником ОМВД России по <адрес>, который дал соотвествующее указание сотрудникам ОМВД с немедленным его исполнением. Ципинова Д.М. попыток проникнуть в холл здания ОМВД не предпринимала, находилась в это время в глубине тамбура.

Ципинова, вопреки утверждениям потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1, не представляла опасности для Свидетель №1 либо иных сотрудников полиции. Из содержания видеозаписей не следует, что Ципинова пыталась ударить Свидетель №1 либо иных лиц, что она толкала Свидетель №1 и применяла к кому-либо физическую силу.

Суд апелляционной инстанции согласен с судом первой инстанции в том, что действия Потерпевший №1, который применял физическую силу к непредставлявшей угрозу жизни и здоровью граждан или сотрудников полиции Ципиновой Д.М., чьи действия не могли повлечь иные тяжкие последствия, совершены без соблюдения требований ст. ст. 18, 19, 20 Федерального закона «О полиции».

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 12 Постановления от 01.06.2023 № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по статье 318 или по статье 319 УК РФ может быть квалифицировано только такое преступное деяние, которое совершено в связи с законным исполнением представителем власти своих должностных обязанностей, когда представитель власти осуществлял должностные обязанности в установленном законом порядке и в пределах предоставленных ему полномочий.

Таким образом, уголовная ответственность за применение насилия в отношении представителя власти наступает только тогда, когда насилие является противодействием законной деятельности представителя власти, в том числе сотрудника полиции.

В п. 13 того же Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что если посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа или военнослужащего, а равно их близких, применение насилия либо угроза применения насилия в отношении представителя власти или его близких были совершены в ответ на явно незаконные действия со стороны указанных сотрудников, военнослужащих или представителей власти, содеянное при наличии к тому оснований может быть квалифицировано как преступление против личности.

Правильно оценив представленные сторонами доказательства, верно установив фактические обстоятельства дела, на основе вышеприведенных, и обязательных к применению в силу ст. 126 Конституции Российской Федерации, ст. 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. N 3-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации" разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии в деянии Ципиновой Д.М. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, поскольку действия Ципиновой Д.М., нанесшей телесные повреждения Потерпевший №1, были реакцией на действия Потерпевший №1, который необоснованно применял к ней физическую силу.

Предъявленное Ципиновой Д.М. обвинение в том, она осознавала, что заместитель начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району - ответственный от руководящего состава майор полиции Потерпевший №1 является представителем власти, то есть должностным лицом правоохранительного органа, действует на законных основаниях в соответствии с требованиями ФЗ "О полиции", применила к Потерпевший №1 насилие с целью воспрепятствования исполнению им должностных обязанностей по обеспечению общественного правопорядка, выявлению, предупреждению и пресечению административных и иных правонарушений и заставить его прекратить свою законную служебную деятельность сотрудника полиции, представленными доказательствами не подтверждено.

Согласно исследованным видеозаписям представился, назвав свою должность, фамилию, имя и отчество лишь начальник ОМВД России по Урванскому району Свидетель №1

Достоверных, бесспорных, не вызывающих сомнение, непротиворечивых сведений о том, что то- же самое сделал Потерпевший №1 суду представлено не было.

Сам факт, что Потерпевший №1 занимал должность заместитель начальника полиции (по охране общественного порядка) ОМВД РФ по Урванскому району и был в ночь событий ответственным от руководящего состава не свидетельствует о том, что об этом было известно Ципиновой. Как сказано выше, его одежда не имела явных отличительных признаков униформы сотрудника полиции.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о том, что утверждение Ципиновой о том, что она не идентифицировала Потерпевший №1, как сотрудника полиции при исполнении служебных обязанностей, не считала его действия по применению к ней физической силы законными, не опровергнуто стороной обвинения.

Довод апелляционного представления о том, что суд в приговоре допустил противоречивые формулировки, приведя сначала показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что на крыльце здания ОМВД России по Урванскому району он представился Ципиновой в качестве сотрудника полиции, а затем на другой странице приговора указав, что показания Свидетель №1 и Свидетель №2 об этом же обстоятельстве опровергаются показаниями Потерпевший №1, не приведя выдержки из показаний, не мотивировав это суждение, также является необоснованным.

На стр. 7 приговора приведены показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что «Ципиновой и остальным девушкам неоднократно говорилось, что они сотрудники при исполнении», то есть не указано, кем именно и о ком это говорилось. На стр. 57 приговора при оценке показаний Свидетель №1 и Свидетель №2 суд указал, что утверждения свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 о том, что Потерпевший №1 представлялся Ципиновой Д.М. на крыльце здания ОМВД России по Урванскому району, опровергаются показаниями как самой Ципиновой, так и потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Кочесоковой, Маговой Н.Х., а также свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №14, Свидетель №8, ФИО42, Свидетель №12 и Свидетель №10, которые поясняли, что не помнят, представлялся ли Потерпевший №1 сотрудником полиции, но помнят, что тот говорил Ципиновой Д.М. успокоиться, так как вокруг сотрудники полиции и ведется видеонаблюдение.

Таким образом, суд, оценивая показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, сопоставил показания не только оправданной и потерпевшего, но и свидетелей, как со стороны защиты, так и обвинения.

Правильность оценки доказательств у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

С учетом сложившейся конфликтной ситуации, отказом Свидетель №1 пропустить адвокатов к задержанному, его распоряжением о силовом выдворении их из помещения ОМВД, у Ципиновой могла возникнуть неприязнь к Свидетель №1, однако, она не применяла насилия к нему, ни к кому из иных сотрудников полиции, в том числе одетых в соответствующее обмундирование, значительное число которых участвовало в конфликте.

Насилие со стороны Ципиновой было применено лишь к Потерпевший №1, который без законных оснований применил к ней физическую силу, совершил захват сзади за руки, выворачивая их.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия Ципиновой были продиктованы личной неприязнью к Потерпевший №1 именно ввиду не основанного на законе применения к ней физической силы, а не с целью воспрепятствовать исполнение им своих законных служебных полномочий, как это указано в обвинении.

Исходя из этого, руководствуясь разъяснением Пленума Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что причинение Ципиновой Потерпевший №1 телесных повреждений должно квалифицироваться как преступление против личности.

Поскольку нанесенные Ципиновой Потерпевший №1 телесные повреждения не повлекли за собой расстройства здоровья или утрату трудоспособности и были причинены ею не из хулиганских побуждений, не по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, не по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, без публичной демонстрации, в том числе в средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть "Интернет"), суд первой инстанции верно установил отсутствие в деянии состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ.

Не нашли своего подтверждения доводы апелляционного представления о том, что при повторном рассмотрении дела суд не исполнил указания суда кассационной инстанции.

Напротив, суд первой инстанции установил отсутствие оснований у сотрудников полиции для применения физической силы к Ципиновой Д.М. при пресечении ее попыток преодолеть пропускной режим и проникнуть внутрь здания МВД; рассмотрел в совокупности все признаки статуса потерпевшего, установив, что он занимал должность в органе внутренних дел, находился на службе. Вместе с тем, суд пришел в выводу о том, что утверждение Ципиновой о том, что ей не было известно об этих обстоятельствах, стороной обвинения не опровергнуто. Суд не допустил подмены правовой оценки поведения сотрудников полиции выводами специалистов-психологов, которые не могут решать правовые вопросы.

Вопреки доводу апелляционного представления, суд кассационной инстанции не давал указания дать правовую оценку действиям Ципиновой Д.М. именно как противодействию законным служебным действиям представителей власти, поскольку суд кассационной инстанции не предрешал вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности, а также допустимости или недопустимости того или иного доказательства, преимуществах одних доказательств перед другими, не принимая решения о применении судом того или иного уголовного закона.

Также не нашел подтверждения довод апелляционного представления о том, что судом не подвергнуты критическому анализу показания Ципиновой, её коллег, которые были участниками конфликта, и взял их за основу при принятии решения.

Судом проведен тщательный, всесторонний, в том числе и критический анализ всех представленных как стороной защиты, так и стороной обвинения доказательств. Так, судом отвергнут, как не нашедший подтверждения, довод оправданной о том, что она оборонялась от преступного посягательства Потерпевший №1, носящего сексуальный подтекст. Судом положены в основу приговора лишь те доказательства, которые не противоречат и дополняют друг друга по имеющим значение для дела обстоятельствам, большинство которых было представлено стороной обвинения, в частности- видеозаписи события.

Участниками конфликта были не только адвокаты, а и сотрудники полиции, потому суд первой инстанции подверг критическому анализу и их показания.

Отказ в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции по признакам преступления, предусмотренного ст. 286 УПК РФ установил лишь отсутствие в их действиях состава этого преступления.

Вместе с тем, не всякое действие, не основанное на законе, является уголовно-наказуемым, однако от этого оно не становится законным.

Суд первой инстанции, установив, что адвокаты, в том числе Ципинова, действовали с элементами провокации, пытаясь пройти в отдел внутренних дел, в том числе за утраченным сотовым телефоном, тем не менее пришел к выводу, с которым соглашается суд апелляционной инстанции, о том, что основанных на Законе «О полиции» оснований для применения к ним физической силы у сотрудников полиции не было.

Вопреки доводам апелляционного представления, судебное следствие проведено полно, всесторонне и объективно. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были подробно в судебном заседании исследованы и оценены в приговоре.

Исходя из требований ст. 297 УПК РФ, приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые в соответствии со ст. 240 УПК РФ были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Из протокола судебного заседания усматривается, что все ходатайства сторон обвинения и защиты, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми, допросе специалистов судом разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам. Решения суда по этим ходатайствам являются мотивированными и сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Право стороны обвинения или защиты на представление доказательств при судебном разбирательстве дела судом не нарушено.

Суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы, оценки доказательств, убедительными. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поэтому доводы апелляционного представления о том, что суд дал неправильную оценку доказательствам, а выводы суда являются противоречивыми, не основанными на нормах закона и материалах дела, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судебная коллегия считает несостоятельными.

Тот факт, что оценка судом доказательств не совпадает с позицией государственного обвинителя, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

С учетом изложенного, все доводы апелляционного представления основаны на субъективном толковании норм уголовного и уголовно-процессуального закона, фактически сводятся к переоценке как исследованных в судебном заседании доказательств, так и выводов суда первой инстанции.

Вопреки доводам апелляционного представления, приговор суда является законным, обоснованным и мотивированным, каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не установлено, дело судом рассмотрено полно и объективно. Суд апелляционной инстанции соглашается с приговором суда первой инстанции и находит доводы, изложенные в апелляционном представлении государственного обвинителя, не убедительными для отмены принятого судом решения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников судопроизводства, несоблюдении процедуры судопроизводства или иных обстоятельств, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, при рассмотрении дела в апелляционном порядке также не выявлено.

По мнению суда апелляционной инстанции, приговор является законным, обоснованным и мотивированным, отвечающим требованиям ст. 302 - 306 УПК РФ, а оснований для отмены оправдательного приговора и направления дела на новое судебное разбирательство по доводам, изложенным в апелляционном представлении, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Урванского районного суда КБР от 01 декабря 2025 года в отношении Ципиновой Дианы Мусовны оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя- старшего прокурора отдела управления Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Хандогия Д.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебного решения в порядке сплошной кассации или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на апелляционное определение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

Оправданная и потерпевший вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Р.С. Атакуев